Книга памяти. Том 10

Книга памяти. Том 10

Десятый том посвящен событиям после окончания Великой Отечественной войны и содержит имена погибших в Китае, Корее, Венгрии, во Вьетнаме, на Кубе, в Египте, Йемене, Мозамбике, Чехословакии, в районах острова Даманский и озера Жаланашколь, в Сирии, Бангладеш, Анголе, Эфиопии.

Книга памяти. Том 10. Содержание


Советские летчики защищают Шанхай

Воспоминания
Героя Советского Союза
генерал-лейтенанта авиации
С. Слюсарева

После освобождения Шанхая Чан Кайши с остатками своей армии бежал на остров Тайвань, но часть его войск закрепилась на Лушаньских высотах, в 60 км юго-восточнее Шанхая, и на прибреж­ных островах. Там располагались два аэродрома для скоростной авиации (истребители и самолеты-разведчики), а тяжелые и сред­ние бомбардировщики чанкайшистских ВВС базировались на Тай­ване. Авиационная поддержка, организованная американскими спе­циалистами и инструкторами, дала возможность гоминьдановской группировке удерживать этот район еще некоторое время после победы НОАК и провозглашения Китайской Народной Республики. Шанхай и провинция Цзянсу оставались прифронтовой зоной.
С начала марта 1950 г. авиация Чан Кайши активизировала воздушную разведку района Шанхая, а затем стала систематиче­ски, днем и ночью, бомбить важнейшие объекты города: она выве­ла из строя городскую электростанцию, нанесла удары по узлу связи, радиостанции и другим объектам. Чанкайшисты стремились соз­дать панику в городе, в Шанхае стали закрываться предприятия, фабрики и магазины, нарушилось снабжение, поднялись цены на продукты питания, усилилась спекуляция.
Шанхай, самый большой по числу жителей город Китая (в то время около 6 млн. жителей), — крупный административный, поли­тический и экономический центр не только Китая, но и всего Даль­него Востока. Гоминьдановцы и их американские покровители уда­рами по этому району пытались дезорганизовать экономическую, финансовую и политическую жизнь молодой Республики. В этой сложной обстановке правительство КНР обратилось за срочной по­мощью к Советскому правительству.
В то время я служил в Забайкальском военном округе в долж­ности командующего 12-й воздушной армией. В ночь на 20 марта мне позвонил начальник Главного штаба ВВС — маршал авиации СИ. Руденко и приказал с прибытием генерала П.Ф. Батицкого быть готовым лететь в Пекин для выполнения правительственного задания. Задача нашей группы заключалась в том, чтобы срочно оказать помощь китайскому военному командованию в организа­ции ПВО страны, и в первую очередь — провинции Цзянсу и Шан­хая, чтобы не допустить пиратских налетов гоминьдановской авиа­ции на территорию КНР. Прибыв в Пекин, мы в тот же день встретились с руководителями Компартии Китая и Китайской На­родной Республики — ЧжуДэ, Чжоу Эньлаем, с начальником гене­рального штаба НОАК и его заместителем. Обсудив все детали по организации ПВО КНР и взаимодействия с командованием Юго-Восточного округа, мы направились в Шанхай. Там произошла встре­ча с представителями местных военных властей во главе с Чэнь И. Разговор шел о создании аэродромной сети, командных пунктов, организации связи и размещении радиолокационных установок на подступах к провинции Цзянсу и Шанхаю.
Советское правительство приняло быстрые и решительные меры для оказания немедленной помощи Китаю. Туда была срочно от­правлена самая передовая и технически совершенная боевая авиа­ционная и радиолокационная техника.
С аэродрома Дальнего (Ляодун) истребительный полк полков­ника Макарова, имея в своем составе 45 истребителей Ла-11, пе­релетел залив Бохай и через Циндао прибыл в Сюйчжоу (450 км северо-западнее Шанхая). По такому же маршруту перелетел в Шанхай смешанный бомбардировочный полк полковника Семено­ва (30 самолетов Ту-2 и 30 самолетов Ил-10). Одновременно из Москвы по железной дороге отбыл отлично подготовленный полк полковника Пашкова. Следует напомнить, что в 1950 г. наши ВВС только что начали переходить на реактивную авиационную технику. Этот авиаполк первым в Советском Союзе освоил боевое приме­нение самолета МиГ-15, именно он и был срочным порядком на­правлен в Китай.
Советские летчики в первые же пять дней сбили до десятка истребителей и разведчиков чанкайшистов. После этого самолеты противника перестали появляться над городом днем. Это несколь­ко разрядило обстановку в районе Шанхая: стабилизировалось по­ложение на рынке с продовольствием и с курсом валюты, норма­лизовалась деловая жизнь города.
Противовоздушной обороны КНР в то время не существовало, НОА почти не имела своей авиации, зенитная артиллерия была немногочисленна, служба наблюдения за вражескими самолетами была развита слабо, и данные о пролетах воздушных целей посту­пали с большим опозданием. Это обстоятельство вынудило нас организовать непрерывное патрулирование над районом аэродро­ма Сюйчжоу. Сборка реактивных самолетов МиГ-15 происходила круглосуточно.
Как-то апрельским утром появился двухмоторный бомбарди­ровщик В-26. Заметив, что над аэродромом в воздухе находятся наши истребители, он повернул обратно и стал уходить на пре­дельной скорости, но наши летчики догнали его, атаковали и сби­ли. Самолет упал на берег Желтого моря в районе Ляньюнчан, эки­паж в составе четырех человек погиб. На следующий день, примерно к 12 часам, появился другой разведчик — В-26, его подожгли сра­зу, с первой же атаки, но он, горящий, стал планировать на группу самолетов МиГ-15, которые скученно стояли на границе аэродро­ма. Однако когда гоминьдановский пилот пришел в себя, он отвер­нул свой самолет от полосы и сел на фюзеляж в стороне, в 300— 500 м от аэродрома. Из него выскочили трое членов экипажа и побежали в сторону леса. Через две-три минуты самолет взорвал­ся. Летчики были схвачены. На допросе они показали, что вылете­ли с острова Тайвань, где базируются два бомбардировочных пол­ка В-26 и четырехмоторных В-24, и что при авиационных частях находятся американские советники и летчики-инструкторы. Настрое­ние у солдат и офицеров неважное, все время ждут вторжения войск КНР на остров. Гоминьдановские летчики давно бы перелетели на континент, но они вынуждены выполнять приказы своего командо­вания, так как в противном случае их семьи неминуемо подверг­нутся расправе. Поскольку вчерашний разведчик не вернулся на базу, их послали для проверки с заданием произвести разведку аэродрома Сюйчжоу и установить количество и тип самолетов, ба­зирующихся на нем. Сообщить о результате разведки по радио гоминьдановцы не успели, так как во время атаки наших истреби­телей был убит их стрелок-радист.
После этих случаев налеты гоминьдановской авиации прекра­тились примерно на месяц. За это время вошли в строй восстанов­ленные и вновь построенные аэродромы, были собраны, облетаны и переведены в район Шанхая 45 самолетов МиГ-15. Созданная нашими радиолокационными специалистами, прожекторными и зе-нитно-артиллерийскими частями зона ПВО Шанхая включала в себя надежное радиолокационное поле обнаружения воздушных целей на глубину 200—300 км, световое поле в радиусе 75—80 км и зе-нитно-артиллерийское прикрытие на 30—50 км. Радиолокационные станции работали круглосуточно по графику и засекали полеты го­миньдановской авиации вдали от нашей зоны ПВО.
Но вот однажды, в начале мая, в темную ночь были зафиксиро­ваны две воздушные цели, идущие курсом на Шанхай. На дальних подступах обозначилось еще несколько целей. В воздух по тревоге были подняты восемь ночных истребителей МиГ-15. В готовность номер один было приведено еще несколько самолетов, летчики заняли места в кабинах. Когда цели вошли в световое поле, с глав­ного КП была дана команда включить прожекторы, два четырехмо­торных бомбардировщика тут же были освещены, и наши МиГ-15 пошли в атаку.
Командир эскадрильи И. Шинкаренко сблизился с самолетом противника и открыл огонь из 37-мм пушки и пулеметов, но сам при этом «налез» на цель из-за разности скоростей. Быстро сооб­разив выпустить шасси и закрылки, он тем самым уравновесил дис­танцию и второй очередью почти в упор расстрелял бомбардиров­щик, который тут же взорвался в воздухе и развалился на части. Летчики К. Румянцев и В. Ковалев сбили и другой тяжелый бомбар­дировщик, остальные вражеские самолеты в панике повернули на­зад и ушли в сторону Тайваня.
В дальнейшем налеты вражеской авиации в обороняемом нами районе прекратились полностью. В июне 1950 г. генерала П.Ф. Батицкого вызвали в Москву: он был назначен начальником Главного штаба ВВС. Я остался за старшего нашей группы в Шанхае.
Вскоре мы встречали новое пополнение из бомбардировщи­ков и штурмовиков. С их появлением в войсках Чан Кайши нача­лась всеобщая паника, и гоминьдановцы обратились в бегство, ис­пользуя для переправы на Тайвань всевозможные мелкие суда, вплоть до барж и джонок. Хаос и паника продолжались 8—10 дней.
На этом фактически закончились военные действия — и на зем­ле, и на море, и в воздухе.
На долю советских летчиков и других специалистов досталась ответственная и трудная задача: нужно было в короткий срок по­мочь китайским товарищам освоить сложную систему ПВО и, са­мое главное, ее боевое управление. Еще труднее было подгото­вить летчиков на реактивных самолетах, обучить их ведению воздушных боев и боевому применению бомбардировочной и штур­мовой авиации против вражеской авиации днем, ночью и в слож­ных метеоусловиях. Все это было сделано благодаря тесной, ис­кренней и честной дружбе, закаленной в совместной борьбе против гоминьдановской клики.