Книга памяти. Том 10

Книга памяти. Том 10

Десятый том посвящен событиям после окончания Великой Отечественной войны и содержит имена погибших в Китае, Корее, Венгрии, во Вьетнаме, на Кубе, в Египте, Йемене, Мозамбике, Чехословакии, в районах острова Даманский и озера Жаланашколь, в Сирии, Бангладеш, Анголе, Эфиопии.

Книга памяти. Том 10. Содержание


Ма воевали в Китае

Воспоминания
генерал-лейтенанта
С. Спиридонова

Двенадцатое февраля 1950 года. Поздно вечером в штабе зе-нитно-артиллерийской дивизии, которой я в то время командовал, раздался телефонный звонок. Старший адъютант командующего Московским округом ПВО передал, чтобы я незамедлительно прие­хал в штаб округа. Ровно в 23.00 я вошел в кабинет Кирилла Семе­новича Москаленко. Приветливо улыбаясь, он вышел из-за стола, поздоровался, пригласил сесть. Затем вызвал начальника штаба округа генерала П.Ф. Батицкого и уже при нем спросил: «Как вы смотрите, товарищ Спиридонов, на поездку в Китай для выполне­ния правительственного задания?»
Мне было известно, что в Москве находится делегация КНР, что между Сталиным и. Мао Цзэдуном ведутся переговоры и что главный вопрос на них — военная помощь Китаю. Все стало ясно. Я сказал, что на поездку в Китай смотрю положительно, и если нужно мое согласие, то я готов. Считая этот вопрос решенным, спросил: «Кому передать дивизию?»
Командующим группой ПВО был назначен генерал-лейтенант П.Ф. Батицкий, заместителем командующего — генерал СВ. Слюса-рев, командующим истребительной авиацией — полковник М.Н. Яку­шин, начальником тыла — полковник М.В. Миронов.
Обо мне в приказе говорилось так: «Полковника С.Л. Спиридо­нова назначить командиром 52-й зенитно-артиллерийской диви­зии и со штабом этой дивизии включить в состав группы ПВО для руководства зенитно-артиллерийской обороной г. Шанхая».
В нем были также объявлены части истребительной авиации, зенитной артиллерии, прожекторные, радиотехнические и тыловые, входившие в состав группы. Конечно, это были лучшие, наиболее подготовленные части. С ними убывали лучшие командиры Мос­ковского округа ПВО.
Морозное утро 16 февраля. Центральный аэродром. Наша опе­ративная группа у самолета Ли-2. Приехал КС. Москаленко. Не­большое напутствие — и посадка в самолет. Маршрут полета: Мо­сква—Казань—Свердловск—Красноярск—Чита—Харбин—Пекин.
Летим. Настроение приподнятое, в салоне самолета прохлад­но. Разговоры, воспоминания. Говорили об организации ПВО Мо­сквы, отражении массированных налетов авиации в 1941—1942 гг., думали, как заложить этот опыт в организацию ПВО Шанхая.
Второй день полета, теперь уже над территорией КНР. Посад­ка на аэродроме г. Харбина, на котором базировалась советская бомбардировочная авиация. Теплые встречи, рукопожатия, обед с товарищами по оружию. Осмотр и заправка самолета — и снова в воздух. Курс на Пекин.
Разгром советскими войсками Квантунской армии в августе 1945 г., освобождение Маньчжурии, капитуляция Японии создали благоприятные условия для победоносного завершения народной революции в Китае. В октябре 1949 г. была провозглашена Китай­ская Народная Республика (КНР). Наше правительство признало ее, оказало ей финансовую, экономическую и оборонную помощь, и это сыграло свою роль в разгроме Чан Кайши.
С остатками своего войска правитель бежал на Тайвань (о. Фор­моза), обосновался там. Под руководством американских специалистов на Тайване создавались авиационные части для нанесения ударов по крупным городам КНР.
В весьма сложной обстановке предстояло работать нашей опе­ративной группе. Она осложнялась еще и тем, что в том же 1950 г. началась война на Корейском полуострове, между КНДР и Южной Кореей. В войну были втянуты Китай и наша страна, они выступили на стороне КНДР. В такой весьма сложной обстановке предстояло работать нашей оперативной группе.
17 февраля в первой половине дня мы приземлились на аэро­дроме Пекина, где нас очень тепло встретили.
Недалеко от самолета стояла колонна легковых автомобилей. На них мы и приехали в Пекин, в одну из лучших гостиниц. Все было тщательно продумано и организовано, начиная от встречи на аэродроме до размещения и питания. Нам был предложен также порядок и время встреч и бесед с руководителями республики.
В тот же день, получив в советском посольстве советы, необ­ходимые при общении с китайскими товарищами и населением с учетом их национальных традиций и обычаев, мы выехали на при­ем к Главнокомандующему Народно-освободительной армией Ки­тая (НОАК) ЧжуДэ. Он ожидал нас в своем рабочем кабинете. Улы­баясь, тепло поприветствовал и пригласил к столу, на котором стояли красивые чашки с чаем. Сразу же с помощью переводчиков завязалась беседа, которая носила конкретный и деловой харак­тер. Нам было рассказано о сложностях и трудностях обстановки в стране, обусловленных главным образом агрессивными планами Чан Кайши и его покровителями из США.
Генерал Батицкий, в свою очередь, рассказал о том, какое за­дание имеет советская группа ПВО, какими силами и средствами располагает. А закончил он так: «Уверен, что совместными усилия­ми будет создана надежная противовоздушная оборона города Шанхая». Тут же был согласован примерный план предстоящей ра­боты.
На следующий день, 18 февраля, мы вылетели в Нанкин. Там была сосредоточена крупная группировка войск НОАК, располага­лись штаб и тылы Восточного фронта, командование во главе с командующим фронтом Су Юем. Мы поехали к нему прямо с аэро­дрома.
В беседе он раскрылся как крупный военачальник. Суждения его были ясны и убедительны. Командующий подробно обрисовал армию Чан Кайши, ее состав и боеспособность, всевозрастающую помощь ей американцев. Не преувеличивая, но и не преуменьшая, он рассказал о боевых возможностях своих войск, их подготовленности. Ознакомил нас с результатами боевых действий, которые велись за освобождение малых островов, намекнул на готовящую­ся операцию по освобождению Тайваня.
19 февраля в 15 часов состоялась встреча с первым коман­дующим Восточного фронта Чэнь И. Это и было началом большой работы по организации ПВО Шанхая. Мы внимательно выслушали соображения Чэнь И, охарактеризовавшего город как объект ПВО. Он рассказал о том, что нас больше всего интересовало: какими средствами и силами располагает командование фронта для соз­дания ПВО Шанхая, каковы особенности города как объекта для бомбардировщиков, каково расположение важнейших промышлен­ных и транспортных точек, подлежащих защите в первую очередь.
Я начал выполнять это нелегкое задание с выбора места для расположения штаба и оборудования КП группы. Китайские това­рищи предложили мне несколько районов в пригороде Шанхая — и я детально изучил их на местности. Неоценимую помощь оказывал мне товарищ Ван, прикрепленный к нашему штабу. Энергичный и исполнительный командир, он был постоянно со мной, через него я держал связь с Чэнь И. После детального изучения и оценки об­становки я докладывал свои выводы и предложения лично коман­дующему Восточным фронтом. После согласования и утверждения все приводилось в исполнение.
В боевой состав группы ПВО входили: три китайских зенитно-артиллерийских полка среднего калибра, вооруженные советскими 85-мм пушками, ПУАЗО-3 и дальномерами; зенитный полк малого калибра, вооруженный 37-мм советскими пушками. Все они были развернуты на огневых позициях. Два истребительных авиацион­ных полка: первый должен был прибыть по железной дороге из Подмосковья; второй — перебазироваться с аэродрома Дальнего по воздуху. 52-я зенитно-артиллерийская дивизия, зенитно-прожек-торный полк и радиотехнический батальон — по железной дороге из Подмосковья. Отдельные батальоны аэродромно-технического обслуживания — также железнодорожными эшелонами, первый из Подмосковья, второй из Дальнего.
Первый эшелон прибыл в Шанхай 25 февраля. Это был баталь­он аэродромно-технического обслуживания. Для встречи эшелона, разгрузки и переброски батальона в район дислокации на станцию прибыла большая группа военных во главе с командующим фрон­том Чэнь И и до 1,5 тыс. автомобилей.
Вскоре в Шанхай прибыл авиаполк (29-й истребительный авиа­ционный полк. — Ред.), затем штаб 52-й зенитно-артиллерийской дивизии, другие части и подразделения.
Одновременно с размещением частей и подразделений уси­ленно проводились занятия и тренировки по сколачиванию боевых расчетов.
Особого внимания заслуживают вопросы подготовки и управ­ления огнем зенитно-артиллерийских полков, укомплектованных китайскими воинами. Нужно отдать должное моему заместителю полковнику Герману и офицерам-зенитчикам штаба 52-^й зенитно-артиллерийской дивизии, которые сумели установить хорошие взаи­моотношения с китайскими командирами-зенитчиками, организо­вать тщательную подготовку техники, сколотить боевые расчеты для ведения прицельного и заградительного огня, наладить четкое взаимодействие с прожектористами и истребителями. Все это де­лалось с помощью переводчиков.
К концу марта 1950 г. система ПВО Шанхая была подготовлена для боевых действий. Установлено боевое дежурство на всех КП, аэродромах и позициях.
До конца марта самолеты ВВС Чан Кайши, расположенные на аэродромах Тайваня, беспрепятственно и безнаказанно появлялись в воздушном пространстве Восточного Китая. Мы все это видели, вели наблюдение, изучали характер и направления их полетов. Ки­тайские зенитчики стреляли пока еще плохо: разрывы снарядов наблюдались вдали от вражеских самолетов.
С апреля авиация Чан Кайши начала действовать осторожнее — сказалось наличие советских истребителей, проводивших трени­ровочные полеты с аэродромов Шанхая. Нужно вместе с этим от­метить, что вооруженные силы Чан Кайши были малочисленны и плохо подготовлены. Бомбардировщики были американские, а ле­тали на них, как потом стало известно, слабо обученные летчики.
Как правило, в налете участвовали одиночные самолеты, пре­имущественно в дневное время два-четыре раза в неделю. В тече­ние суток в небе появлялось два-три самолета. Можно сказать, что действия ВВС противника особо сложной задачи для ПВО Шанхая не представляли. За весь период с апреля по октябрь 1950 г. наши истребители поднимались немногим более 50 раз, в основном огонь открывала зенитная артиллерия.
Чанкайшистские летчики чаще всего в бой не вступали, уходи­ли на свою территорию. Всего за апрель—октябрь средствами ПВО Шанхая было уничтожено три бомбардировщика, подбито четыре, два самолета добровольно перелетели на нашу сторону.
Вспоминается несколько боевых эпизодов. В первой половине дня 21 апреля главный пост ВНОС начал выдавать данные о двух целях, появившихся на высоте 4500 м, идущих курсом на Шанхай. Решением генерала Батицкого на перехват взлетели две пары МиГ-15, по одной на каждую цель. С приближением истребителей одна цель — бомбардировщик В-26 — быстро развернулась и нача­ла уходить в сторону своего аэродрома. Вторая, тоже В-26, про­должала следовать, не меняя курса и высоты. Подавая сигналы покачиванием крыльев, чанкайшист передал: «Советы, я к вам». Сопровождаемый нашими летчиками, он приземлился на аэродро­ме в районе Шанхая. Потом выяснилось, что этот случай сдачи в плен уже не первый. Вначале летчики покидали свои самолеты с парашютом и переходили на сторону НОАК. Потом их стали привя­зывать к сиденью цепями, то же самое было и с нашим апрельским «крестником».
Еще один случай, июньский. Бомбардировщик В-26 был обна­ружен в 160—170 км от Шанхая и устойчиво сопровождался радио­техническими средствами. Затем он был освещен и сопровождал­ся прожекторами. На перехват взлетели две пары истребителей МиГ-15, одна из которых была наведена на освещенную цель и пошла на сближение.
Одновременно цель была обнаружена и поймана зенитчиками. Они открыли огонь, и вокруг бомбардировщика и наших истреби­телей образовалась масса разрывов. К счастью, бомбардировщик был подбит, истребители отвалили, а китайские зенитчики продол­жали пальбу уже по падающему самолету. Остановить их было не­возможно — так велико оказалось боевое возбуждение. В-26 упал в северной части города.
Таким образом, ПВО Шанхая дала о себе знать. Летчики-чан-кайшисты стали особенно осторожны и при появлении наших ис­требителей сразу же уходили на Тайвань.
В начале августа истребители сбили еще один самолет. Это было во второй половине дня. Генерал Батицкий со своими замес­тителями убыл к командующему фронтом, я остался ответствен­ным на КП, а вместе со мной и полковник М.Н. Якушин, возглавляв­ший истребительную авиацию. Это был спокойный, уравновешенный авиационный командир, опытный летчик-истребитель. В 1937 г. он воевал в небе Испании, Великую Отечественную войну начал в долж­ности заместителя командира 6-го истребительного авиакорпуса, стоявшего на защите Москвы. В Шанхай прибыл с должности за­местителя командующего ВВС Московского военного округа. Он и дал команду на подъем пары МиГ-15. Все было сработано опера­тивно и точно. Через 10—12 минут пара была наведена на цель. Вражеский самолет упал в 135 км от Шанхая. Два члена экипажа катапультировались.
Мне приходилось бывать и на огневых позициях батарей, когда они отражали налеты вражеских самолетов, видеть, с каким усер­дием действовали китайские зенитчики. В один из июльских дней за облаками была обнаружена цель. Зенитная артиллерия поста­вила перед ней стену заградительного огня. Бомбардировщик по­спешно развернулся и ушел восвояси.
В августе был перехвачен и принужден к посадке очередной бомбардировщик. Как и тогда, летчик оказался прикрепленным це­пями к сиденью...
Одновременно с боевой работой, в процессе которой совер­шенствовалась система управления и повышался уровень боевого мастерства войск, шла и учеба. Почти ежедневно по 3—4 часа про­водились плановые занятия, тактические тренировки, учения. За период с апреля по октябрь командные пункты и части ПВО 90 раз приводились в готовность номер один, почти половина из них — в учебных целях. Вместе с тем мы занимались и подготовкой китай­ских кадров по вопросам организации управления, оборудования КП ПВО Шанхая, обучали их эксплуатации техники.
В сентябре генерал П.Ф. Батицкий был отозван в Москву. Вме­сто него в должность командующего группой ПВО вступил его за­меститель генерал СВ. Слюсарев. Это был опытный авиационный командир, простой и доступный человек, вполне достойный преем­ник Батицкого. При нем в начале октября из Москвы поступило распоряжение о переучивании китайских товарищей и передаче боевой техники и всей системы ПВО китайскому командованию ВВС и ПВО.
К середине ноября 1953 г. программа подготовки была завер­шена. Командный пункт ПВО Шанхая оборудовали в том месте, где пожелали китайские руководители. Это был образцовый по тому времени КП. В заключение провели командно-штабное учение, оно прошло успешно. Китайские товарищи оказались на высоте. Нам оставалось возвратиться на Родину.
Провожали нас с исключительной теплотой и сердечностью. Проводились вечера-митинги, нас наградили специально выпущен­ной медалью «За оборону Шанхая». Уезжали с чувством огромной удовлетворенности: задание выполнили с честью. При отходе по­ездов на перронах передавалось: «Дружба! Дружба! Мы братья!»
Досадно, что эта великая дружба была нарушена. Радостно, что сегодня она возрождается. Из этого следует вывод: в оценке взаимоотношений всегда должны лежать принципы объективности, взаимного уважения и сердечности. На этом зиждется мир.