Книга памяти. Том 10

Книга памяти. Том 10

Десятый том посвящен событиям после окончания Великой Отечественной войны и содержит имена погибших в Китае, Корее, Венгрии, во Вьетнаме, на Кубе, в Египте, Йемене, Мозамбике, Чехословакии, в районах острова Даманский и озера Жаланашколь, в Сирии, Бангладеш, Анголе, Эфиопии.

Книга памяти. Том 10. Содержание


Сирия в арабо-израильской войне

Сирия в арабо-израильской войне (1982 г.) После окончания боевых действий в 1973 году Сирия по советским военным поставкам в регион переместилась на первое место. Сюда же направлялось большинство военных советников и специалистов, которые заменяли коллег, принимавших непосредственное участие в планирова­нии и проведении боевых действий сирийской армии во время последней войны. В основном они занимались обучением национальных кадров тех­нике пилотирования (на базе самолетов УТИ МиГ-15) и тактике использо­вания истребителей МиГ-17 и МиГ-21, штурмовиков Су-7б, военно-транс­портных самолетов Ан-24 и вертолетов Ми-8. В последующем в их задачу входило переучивание сирийцев на более современную боевую технику, поставки которой постоянно увеличивались.
В Сирии сложился традиционно сильный и полностью укомплекто­ванный аппарат советских военных советников. На генералов и офице­ров возлагались обязанности по оказанию практической помощи ко­мандному составу вооруженных сил Сирийской Арабской Республики (САР) в организации боевой подготовки в соединениях и частях, опре­делении мер по повышению боевой и мобилизационной готовности войск и сил флота и совершенствованию их организационно-штатной струк­туры, а также в создании системы управления войсками и освоении советских образцов оружия и военной техники.
Коллектив советских военных советников и специалистов возглав­лял Главный военный советник в сирийских вооруженных силах, он же — советник министра национальной обороны. Он поддерживал тесные контакты с министром обороны, с генштабом, с командующими видами вооруженных сил и начальниками родов войск. Главному военному со­ветнику непосредственно подчинялись старшие советники при командующих ВМС, ВВС и ПВО Сирии, а также советники при ряде управле­ний министерства обороны. При нем работал небольшой по численно­сти штат, возглавляемый начальником штаба — советником начальника генерального штаба армии и вооруженных сил, который руководил со­ветниками при управлениях генштаба САР. В войсках военные советни­ки находились при командирах дивизий, бригад, отдельных полков, на­чальниках штабов и основных начальниках родов войск, а также при заместителях командиров дивизий по технической части и тыла.
Состав военных специалистов определялся количеством и сложно­стью поставляемого Советским Союзом оружия и военной техники, спо­собностью обучить необходимое число сирийских военнослужащих и совместно с ними обеспечить поддержание техники в постоянной бое­вой готовности. Руководство военными специалистами осуществлял старший группы специалистов — заместитель Главного военного со­ветника по вооружению.
Советы по вопросам строительства вооруженных сил сирийской сто­роне давались, как правило, в устном виде, а по наиболее важным из них — разрабатывались письменные рекомендации. В качестве примера мож­но привести кропотливую совместную работу по формированию и под­готовке ракетной бригады, оснащенной оперативно-тактическим комплек­сом Р-17э «СКАД». Учебный процесс длился семь месяцев и включал пять периодов, в течение которых отрабатывались действия боевых и контрольных групп. Проводились тактико-специальные учения в присут­ствии президента Сирии и других официальных лиц. Цели ракетчики по­разили с высокой точностью, о чем с восторгом писали местные газеты.
Особое внимание советские специалисты уделяли освоению сирий­ской стороной новой военной техники и оружия, поставляемых из СССР. Среди них танки Т-62, самолеты Су-7, МиГ-23, 130-мм артиллерийские системы, ракетные комплексы «Стрела» и более современные модифи­кации ПТУРСов. К концу 70-х годов вооруженные силы Сирии не только полностью восстановили боевую мощь, но и значительно выросли в количественном и особенно качественном отношении. Они резко повы­сили боевую выучку и, по мнению Главного военного советника в Сирии в период с 1974 по 1977 г. М.Н. Терещенко, научились вести современ­ный бой. Подобное положение давало сирийскому руководству опре­деленное преимущество в противостоянии с Израилем.
Летом 1982 г. израильское руководство приняло решение о втор­жении в Ливан. Цель операции, вылившейся в очередную арабо-изра­ильскую войну, — разрушение военных структур Организации освобож­дения Палестины в Ливане и оказание помощи христианским силам в захвате политической власти в стране. В качестве объектов нападения были намечены также сирийские части в долине Бекаа.
К началу боевых действий на юге Ливана находились вооруженные отряды палестинцев, а также три отдельные бригады и два отдельных воздушно-десантных полка Сирии. Антиизраильская группировка насчи­тывала 42 тыс. чел., 318 танков, 836 орудий, минометов и установок реактивной артиллерии, более 500 противотанковых орудий, зенитно-ракетные комплексы.
Для решения наступательных задач израильское командование соз­дало группировку сухопутных войск в составе двух усиленных броне­танковых дивизий, насчитывавших около 30 тыс. чел., 420 танков, 470 орудий и минометов и до 100 единиц противотанковых средств. Под­держка наземных войск с воздуха возлагалась на группировку из 180 боевых самолетов и вертолетов.
6 июня израильская авиация двумя массированными налетами (по 120 самолетов в каждом) нанесла удары по аэродромам и стационар­ным средствам ПВО на территории южного Ливана. 9 и 10 июня она практически уничтожила сирийскую авиацию и мобильные средства ПВО. Следует сказать, что ВВС Сирии к тому времени располагали достаточ­ным количеством современной боевой техники. По сведениям офици­ального Дамаска, с 6 по 11 июня сирийские летчики только на самоле­тах МиГ-23 выполнили 52 самолето-вылета и провели 7 воздушных боев. Они сбили 6 самолетов противника и потеряли 6 своих. Двенадцать сирийских летчиков погибли, а четверо катапультировались.
Еще в октябре 1980 г. между СССР и Сирией был заключен дого­вор, один из пунктов которого гласил: «Если третья сторона произведет вторжение на территорию Сирии, то Советский Союз будет вовлечен в события». Естественно, речь шла об Израиле. Дамаску твердо обеща­ли, что уже в ближайшем будущем Сирия сможет самостоятельно, без поддержки арабских стран, противостоять Израилю и даже, в случае необходимости, воевать с ним. Для этого, разумеется, требовались колоссальные поставки в САР советской военной техники, причем на льготных условиях. Однако осуществление их всячески тормозилось. Советское руководство рассчитывало, что в обмен на военную помощь и поддержку Сирия даст согласие на строительство на ее территории в районе Латакии—Баниаса советской военно-морской базы, для 5-й со­ветской средиземноморской эскадры. Именно в Средиземном море в июле 1981 г. прошли совместные советско-сирийские учения, завер­шившиеся высадкой советского десанта морской пехоты. Это были пер­вые и единственные столь крупные маневры, в которых совместно с войсками СССР участвовала армия страны, не входящей в Организа­цию Варшавского Договора. Только 8 апреля 1982 г. Москва согласи­лась с мнением официального Дамаска о нецелесообразности строи­тельства советской базы на сирийском побережье.
В Москве располагали достоверными данными о готовящемся на­падении Израиля на Ливан. На этот случай в штабе Главного военного советника в Сирии генерал-полковника Г. Яшкина разрабатывались пла­ны операций сирийских вооруженных сил, которые, по замыслу, долж­ны были не только оказать косвенную поддержку 30-тысячному сирий­скому контингенту в Ливане, но и быть готовыми к самостоятельной оперативно-стратегической деятельности.
6 июня в 14.00, фактически заручившись согласием ливанского пра­вительства, израильские войска вторглись в южный район страны.
Вскоре после высадки в Ливане американских морских пехотинцев сирийский президент Хафез Асад обратился в Москву с просьбой на­править в Бейрут подразделения советской морской пехоты. В октябре 1982 г. в Кремль были вызваны посол и главный военный советник в Сирии. Буквально на следующий день в Москву прилетел X. Асад, кото­рый провел переговоры с новым советским руководителем Ю.В. Анд­роповым. Было принято решение: в Сирию для защиты ее воздушного пространства от возможных бомбардировок израильтян направить три советских зенитно-ракетных полка ПВО дальнего действия, оснащен­ные ракетами САМ-5 и СС-21, один технический полк, а также подраз­деления радиоэлектронной борьбы. Количество советских военнослу­жащих планировалось в пределах 5—6 тыс. человек. Тут же СССР довел до сведения США и Израиля, что «не допустит резкого смещения воен­ного баланса» в регионе.
Первый транспорт с войсками прибыл под покровом ночи в порт Латакия 10 января 1983 года. Переодетые в гражданскую одежду со­ветские солдаты высаживались на берег под видом туристов. Осталь­ные пять транспортов подошли в последующие дни. Уже 23 января 231-й зенитно-ракетный полк (ЗРП) ПВО дальнего действия сосредо­точился в районе Думейры, что в 40 км западнее Дамаска. К 1 февра­ля в пяти километрах восточнее Хомса развернулся 220-й зенитно-ракетный полк. В один из пригородов Дамаска прибыл технический полк. Вертолетные отряды РЭБ развернулись на столичном военном аэродроме, а подразделения наземной РЭБ — на Голанском плато и в долине Бекаа. На территории Ливана регулярных советских частей не было, однако в расквартированных здесь сирийских подразделениях находилось значительное количество советских военных советников и специалистов, которые принимали непосредственное участие в бое­вых действиях.
Что же касается территории Сирии, то развернутые здесь совет­ские зенитно-ракетные полки находились в относительной безопасно­сти. Израиль знал об их дислокации, но, не желая прямой военной кон­фронтации с СССР, запрещал своим летчикам пересекать установленную Х.Асадом так называемую «зеленую зону» — зону, в пределах которой разрешалось открывать огонь по противнику. Лишь однажды, в сентяб­ре 1983 г., израильский «Хоккай» пересек эту условную границу на боль­шой высоте, и по указанию сирийского президента его сбили зенитчи­ки 220-го зенитно-ракетного полка.
Осенью 1983 г. израильтяне вывели свои войска из Ливана, а в июле 1984 г. весь личный состав советских воинских частей покинул территорию Сирийской Арабской Республики.
Следует отметить, что еще до арабо-израильской войны 1982 г., во время боевых действий в Сирии, погибли наши военные советники под­полковники В.К. Головкин и А.П. Сипаков; умер от болезни заместитель Главного военного советника генерал-майор В.К. Свекровин.
В период кризисных ситуаций на Ближнем Востоке там почти по­стоянно в прибрежных акваториях находились корабли Военно-Мор­ского Флота СССР, но непосредственного участия в войнах и конфлик­тах они не принимали. Вместе с тем Советское правительство, оперативно реагируя на изменения военно-политической обстановки, формировало и направляло в регион крупные группировки ВМФ для решения «отдельных» задач. К ним относились:
во-первых, демонстрация силы в противовес американским или натовским военно-морским группировкам, — присутствие кораблей под флагом ВМФ СССР вблизи арабских берегов свидетельствовало не только о наличии советских интересов в регионе (акватории), но и о способности оказать эффективную помощь арабской стороне;
во-вторых, поддержание стабильности на Ближнем Востоке (в не­посредственной близости от советских границ) отвечало интересам безопасности СССР;
в-третьих, ведение постоянного наблюдения как за кораблями США и НАТО, так и за морской активностью противоборствующих сторон;
в-четвертых, охрана коммуникаций отечественного торгового судо­ходства в Средиземном море;
в-пятых, разминирование водных акваторий вблизи арабских стран.
В 1974 г. после завершения боевого траления в Суэцком канале (когда был открыт для безопасного плавания район, общей площадью свыше 1200 кв. миль) отряд советских кораблей под командованием капитана 1-го ранга А. Аполлонова вошел в акваторию Красного моря, затем в небольшой египетский порт Хургада. До этого египетское пра­вительство просило о разминировании порта американцев, французов, англичан, но получило отказ. Согласие восстановить судоходство в Су­эцком заливе дал Советский Союз. Впервые в истории отечественному военно-морскому флоту довелось проводить боевое траление в чужих водах собственных мин сложнейших модификаций.
Советским кораблям у единственного 150-метрового причала пор­та Хургада выделили участок всего в 30 метров. Здесь могла размес­титься лишь плавмастерская, к которой по графику швартовались траль­щики для ремонта. Все остальные корабли стояли на рейде или же находились в районе боевого траления. Из-за отсутствия на причале каких-либо более или менее пригодных помещений под склады тысячи тонн доставленных грузов, гидрографическое оборудование лежали прямо под открытым небом, накаляясь на солнце и подвергаясь зано­сам песка из-за постоянных бурь. Все же советским морякам удалось успешно выполнить задачу: они обнаружили и уничтожили несколько сот мин.
Таким образом, в послевоенный период в течение нескольких де­сятилетий на Ближнем Востоке постоянно находились советские военнослужащие. На их долю выпало быть неизменными активными участ­никами почти всех региональных кризисов, конфликтов и войн. Стойко перенося тяготы и лишения нелегкой армейской службы, усугубленные длительным отрывом от Родины, тяжелым климатом, они с честью и достоинством выполнили свой интернациональный и воинский долг, зачастую рискуя собственной жизнью. Понятия «долг», «честь», «муже­ство», «подвиг» — вечны, а значит, вечна и память потомков о советских воинах-интернационалистах.